Застывшая архитектура у Тынянова

У меня в голове давно жил и томился «проект о проектах». Живописные прогнозы о том, как круто придумывать себе большое интересное дело и потом его выполнять, могли бы зависнуть и ни во что не превратиться. Так бы и было, если бы я не наткнулась на несколько описаний, которые превратились в архитектурный комментарий к роману Тынянова.

Я редко встречала простые описания крутых доходных домов, церквей или фабрик-кухонь, поэтому решила составить рабочий вариант такой инструкции (текст и мультики). Первая серия – о дворце Апраксиных-Трубецких на Покровке.
фото 2

фото 1

мусормусор 2

«Неподалеку жили Трубецкие-Комод. Так их звали по архитектуре дома. Действительно, грузный квадратный дом Трубецких, стоявший посреди пустого двора, несколько напоминал комод. Москва всех людей метила по-своему. Дом был комод, и Трубецкие стали Трубецкие-Комод, а старика Трубецкого звали уже просто Комод. Этой кличкой он отличался от другого Трубецкого, которого звали Тарар, по его любимой опере, и третьего, которого звали Василисой Петровной. Трубецкие-Комод жили в своем доме-комоде тремя поколениями; старик, крепконосый, сухой, был уже очень дряхл и глух; всем в доме распоряжалась дочь, сорокалетняя девица Анюта. Александр часто встречал на прогулках Николиньку Трубецкого, гулявшего с гувернанткой. Они познакомились, тетка прислала Сергею Львовичу любезное письмо, и Александр стал бывать у Трубецких.»

Нет ничего странного, если вы, фаворитка короля, получаете в подарок комод. Это очень галантно – особенно если для вас его сделал один из лучших королевских краснодеревщиков, подбирая под цвет ваших новых покоев в королевском замке.Самыми любимыми комодами французских королей и их женщин были «прыгающие» - так их называли из-за странного впечатления, которое производит хрупкий каркас с изогнутыми ножками. Мари-Анн де Майи́-Нель стала любовницей Людовика Пятнадцатого вслед за своими тремя сестрами – и, как водится,получила свой заслуженный комод. Потом, правда, умерла от гнилой горячки.
Скорбьлепнина

Дворец Трубецких вызывал у москвичей неоднозначные чувства – особенно после того, как новый хозяин пристроил к основному зданию два просторных флигеля. Перегруженный лепниной фасад смотрелся вызывающе на фоне скромных двухэтажных домиков Покровки, а монументальность дворца давала понять, что никуда он не сдвинется еще много-много лет. Так и получилось – «дом-комод".

По легенде, дворец принадлежал графу Разумовскому – архитектор Растрелли по просьбе Елизаветы Петровны строил «комод» для тайного супруга императрицы. На самом же деле дом решил возводить двадцатилетний Матвей Феодорович Апраксин, который почему-то выбрал не модный классицизм, а ретроградное умирающее барокко. Через несколько лет он продал дворец Трубецким, которые пользовались им с умом и даже сдавали на лето чужим людям.
По другой легенде, которая немного больше похожа на правду, Александр Пушкин вместе с сестрой Олей приезжал к Трубецким на танцевальные занятия. Вместе с Николинькой Трубецким, пухленьким сластеной, гуляли они по зданию с раскрепованным антаблементом над спаренными и одинарными колоннами коринфского ордера, окнами-люкарнами, картушами и гирляндами, украшающими замковые камни.

Копия фото 1 Копия фото 2 фото 4 фото 3

В следующем выпуске, который непременно будет - дом Веневитинова в Кривоколенном и палаты Разумовского на Гороховом поле.

Да убоится жена мужа своего.

К вопросу о том, как складываются отношения выдающихся личностей и их жен:

" Не сумею выразить, что сделалось со мною! Точно во мне оторвалась вся внутренность. Вот они, угрозы, под которыми я теперь постоянно живу! Я тихо сказала: "Только второй день, как я стала немного поправляться" - и ушла к себе. Потом оделась и вышла пройтись, но вернулась, отозвала мужа и тихо, почти шепотом, ласково ему сказала: "Если можешь, Левочка, погоди еще ездить к Черткову, мне ужасно тяжело!"
В первую минуту он не рассердился, сказал, что ничего не обещает, но желает сделать все лучшее,и, когда я повторила свою просьбу, чувствуя себя невменяемой от внутреннего страдания, он уже с большей досадой повторил, что не хочет ничего обещать. Тогда я ушла, лазила по каким-то оврагам, где меня трудно бы было когда-либо найти, если б мне сделалось дурно. Потом вышла в поле и оттуда почти бегом направилась в Телятинки, с биноклем, чтобы видеть все далеко кругом. В Телятинках я легла в канаву недалеко от ворот, ведущих к дому Чертковых, и ждала Льва Н-а. Не знаю, что бы я сделала, если б он приехал; я все себе представляла, что я легла бы на мост через канаву и лошадь Льва Ник-а меня бы затоптала."

Софья Толстая, дневник 1910 года.

софья андреевна

Вот оно такое, наше Брище.

Прежде всего мне стоит начертать эпитафию всем тем многочисленным черновикам,появлявшимся и разрушавшимся, как неустойчивые безымянные галактики. Удачный кадр, письмо от знакомых или перелистывание журнала - со слегка прикушенной губой и спрятавшимся в книге пальцем - все провоцировало наконец сжать и выбросить накопленные за три недели впечатления, вывернутые и отутюженные.
Несомненно, все знают, что путешествия умеют растягиваться на более продолжительный срок, нежели чисто материальное, физическое перемещение под юрисдикцию чужого государства. Это предварительные ожидания, страхи и переживания;это и полотно воспоминаний, как свадебное кружево Пенелопы - распускающееся и вновь собирающееся.

Про миланский водораздел и перелеты с пересадками расскажу как-нибудь потом, а пока про Францию.Бри-Комт-Робер - небольшой подпарижский аул, с причитающимся "Макдональдсом", неоьбъятным Леруа-Мерленом с кассами самообслуживания,замком и несколькими пекарнями и "libraries". Попасть из столицы в бывшие владения Жанны Д'Эвре можно с помощью рейсовых автобус - меня же вежливо встречали в одном из соседних городков, правда, не дождались и уехали. Стоически перенося ужасы грядущего, я направилась в какую-то китайскую забегаловку с приблизительным названием "Негры-спасители", где мне вежливо протянули трубку помощи и помогли дозвониться в замок.

Живые и учтивые в середине дня, ранним утром французы были равнодушны и в буквальном смысле неподъёмны. Каждый день в 8.30 начиналась планерка, за которой следовали напряженные работы, обед и отдых, снова напряженные работы и снова отдых. Архаического типа цикличность тут вполне себе уважают - и никаких экстремальных выходов на рынок за свежими лисичками или за клубникой с долины Луары, на которые приходилось отправляться в одиночестве. Самым нетрадиционным приключением был визит в местный боулинг, где разгоряченные брийцы метали шары и жаркие взгляды под дикие напевы выходцев из Реюньона, бывшей французской колонии.
Безусловно, главной моей целью было говорить исключительно по-французски без переходов на вспомогательные языки, и это было самой приятной и увлекательной частью путешествия. Мне очень сильно повезло - в команде не было русских, за исключением одного учителя французского языка из Москвы, который вёл достаточно альтернативный образ жизни и с которым мне почти не приходилось пересекаться.
Для начала мне приходилось отмалчиваться в ответ на всякие профессионально-технические штуки, которыми меня начали закидывать, усадив за устрашающего вида дрель. Многочисленные насадки, лавины незнакомых слов и бесконечный вопрос - всё ли я поняла?
Да нет же. Но благодаря подробным комментариям и, например, старичку Даниэлю, который мне все подробно объяснял и показывал в Википедии, все прошло очень хорошо.

Весь идиллический ореол окружающей местности - загнивающий ров с то и дело умирающими утками, умилительная старушка, обращающаяся к своей трухлявой собаке с репликой "эх ты, старье, тащи сюда свою задницу", буйные подростки в шаговой доступности от донжона - в целом не испортили впечатление от стажировки и продолжительного контакта с французами.
Среди вереницы визитов, которые наносили разные уважаемые личности, я бы выделила два - визит мэра города и членов организации Rempart, которая отслеживает все текущие стажировки и состояние реставрируемых объектов. Ощущения того, что все понимают, что на самом деле происходит, но вынуждены выворачивать ситуацию в обратную сторону, напомнили мне всякие встречи с муниципальной администрацией в Москве. История отношений замка и мэрии - это целый ящик инсинуаций, подстав и взаимной неприязни. Для начала мэрия хотела построить на месте разрушенного замка подземный паркинг, а за провалом этого спецпроекта последовали несколько лет препираний и битв за разрешение на проведение раскопок. Это испытание стоически переносили три супружеские пары - Мишель и Мартин, Жаклин и Даниэль и неизвестные пара старичков, про которых я знаю очень мало или даже вообще ничего.

Есть ряд профессий, к которым я питаю теплую привязанность - например, историк или врач. Там, Чехов или Гумилев. В Мишеле, который рулит всем происходящим в замке, эти вещи совместились и постоянно окрашиваются всякими дополнительными навыками вроде геодезиста, фотографа и кулинара. Кулинарил не только он, кстати, Танги однажды сделал какое-то реюньонское национальное варево и салат из грейпфрута и сои, а Тибо зарядил настоящим испанским ужином с гаспаччо, кесадильей и креветками "гамбас". Все это было наиболее съедобно среди тех десятков лотков с полуфабрикатами, которыми нам приходилось питаться. Капустные кочерыжки в сливочном соусе, неразогретый "rôti", салат из холодных макарон - ну и блевонтина!

Поскольку грамотно завершить мой рассказ я не в силах, по традиции присовокупляю несколько фотографий.


Collapse )

Фонтенбло.

Что делать, если вы в Фонтенбло?
Можно вкушать сочную дыню, заранее припасенную Жоашимом;
Можно учить наизусть названия гротов, посвященных всевозможным персонажам, начиная с Немврода и заканчивая Альфредом де Мюссе;
Ну еще заботливо оставлять куски локтей на громадных булыжников, с нежностью подбирать перья фазанов и стимулировать наблюдательность разглядыванием кабаньих следов.

ДИЧЬ! С дичью тут связано многое - сначала лес являл собой охотничьи угодья короля, а в девятнадцатом веке там началась разработка карьеров песчаника. Немного цифр для устрашения: мужчины за четрынадцатичасовой день могли получить чуть больше трех франков (чаще всего - меньше), женщины - не больше одного франка и его восьми десятых, дети - не больше восьми десятых.
Я это к тому, что "Жерминаль" не из пальца высосана.

Роже, карабкаясь по глыбам со своим неподъемным рюкзаком, из которого торчал небольшой шланг для воды (инженерная мысль!), рассказывал понемногу о каждом из гротов. Пришлось невольно возгордиться на одном кряже, когда все мы услышали славную историю про коллективную охоту Петра Первого и Людовика Пятнадцатого. Император в тот день опустошил четыре бутылки шампанскаго.

Потом, на каком-то обшарпанном пне, Тибо нашел пайетки в виде золотых звездочек, Морган разглядела пару ящериц, а Жоашим завернул лекцию про то, как правильно охотиться на птиц.

Collapse )

Немного о феминности во французской культуре.

Помнится мне, в минувшем семестре я писала про женские образы в революционных стихотворениях Рембо. Непродолжительные поиски привели к лилии Валуа, Марианне и женскому роду слова "город" во французском языке и вытекающем из этого отношении к Парижу как к женщине. Поиски продолжаются.

Изучая историю Вандейского мятежа - самой крупной реакционной вспышки роялистов во время Французской Революции - я наткнулась на небольшой рассказ о Рене Бордро (Renée Bordereau).
Не стану приводить многочисленные удивительные события её жизни, кроме самых исключительных:

-Будучи заключенной в замке Анже, Рене сумела сделать ход для побега размером в 60 шагов. К сожалению, её разоблачили и перевели в крепость Мон-Сан-Мишель.

- Получив ранение в правую руку, поспешно выучилась палить левой рукой и, продолжив сражаться в авангарде, помогла освободить 450 священников, томившихся в вышеупомянутом аббатстве.

- В свои 45 попала под подозрение полиции - кажется, задумывала покушение на Наполеона.

renèe bordereau

Путешествие в путешествии: структура по Бунюэлю

Уже почти неделю я участвую в археологической стажировке в центральном регионе Франции - Île-de-France. О нашем невероятно уютном городке я еще обязательно напишу, а пока расскажу о внезапности.

Я и мой маленький зверинец - брошка в виде скотч-терьера, подвеска-пингвин и мертвый краб, намертво вмонтированный в браслет - отправились в Брюссель в однодневное путешествие.
Опрятный Gare du Nord - второй удивительно красивый вокзал после миланского Centrale - отправляет в Бельгию (Брюссель, Брюгге, Лилль) очень модный поезд Thalys. Единственная сложность, возникающая в процессе экстренной подготовки - выбор правильной кассы. Сотрудники вокзала сами не до конца понимают, что и где можно купить, и направляют в разные стороны.
Сразу отмечу, что я ничего не бронировала заранее - пришлось ориентироваться на местности и, как результат, страдать от громыхающих электричек, проезжающих впритык к отелю.

С утра случился шок: проходя по улочке, я наблюдала, как две старушки в домашних халатах вышли из домика, остановились у проезжей части и стали собирать в целлофановый пакетик какое-то растение, торчащее из асфальта.

Не могу не сказать, что Брюссель в целом производит впечатление города довольно бестолкового и непродуманного, части которого плохо стыкуются друг с другом. Это ощутимо на уровне архитектуры, но вообще-то можно копать и глубже. Власть в городе принадлежит нескольким разрозненным коммунам, а в 1960-70 годы сильно пострадавший во время войны Брюссель узнал, что такое "брюсселизация". Если кратко, хаотический богатый внутренний мир ориентированных на современность архитекторов вырывается наружу, и, импульсивно хватая куски ЖБК и стекла, начинает ставить их на месте тут же уничтоженных старинных зданий. Для тех, кого волнуют такие штуки, есть еще и османизация Парижа - "вырубка бульваров". О ней еще и Бодлер писал.

В Брюселле мне хотелось оказаться исключительно из-за Магритта,который, кстати, был коммунистом помимо всех прочих своих прекрасных качеств. Как всегда, одной живописью не обошлось - на главной площади я была вынуждена затусить с бельгийскими байкерами. Несмотря на шум и воздвигаемые к национальному празднику сложные сценические конструкции, там было очень хорошо. 11 июля в Бельгии отмечают праздник Фламандской общины (годовщина битвы Золотых шпор).

Предыстория смешная, потому что народное ополчение, восставшее против французских захватчиков, поколотило их от души и собрало в итоге 700 пар золотых шпор. Кстати, противостояние валлонцев и фламандцев продолжается, и такие праздники его всячески подогревают :) Начиналось оно, конечно же, как религиозное, но потом плавно перетекло в какой-то сложный сплав межнациональных отношений.
Отмечу, что особенно хорошо смотреть на красоты пламенеющей фламандской готики, сидя с бокалом прохладного пива.

В Брюсселе много комиксов - начиная от стен домов, по которым прогуливается Tintin, и заканчивая длинными шкафами в приятных книжных магазинах.

Collapse )

Маскировка под заброшенность.

Нисколько не стремясь стать модными краеведами или первопроходцами заскорузлого Подмосковья, мы все-таки в очередной раз отправились в некоторую подмосковную усадьбу. "Forbes" какое-то время назад опубликовал статью, где можно найти 10 самых знаменитых усадеб, находящихся в неутомительном расстоянии от Москвы.
Мы выбрали Мураново и, накидавшись оптимизмом, рванули по Ярославскому шоссе. Совет первый - не надо никуда выезжать из Москвы в воскресенье на машине, если не хотите на обратном пути превратиться в добротно прокопченый карривурст. Не надо. Или пользуйтесь электрическим поездом.

К Тютчеву усадьба имеет очень посредственное отношение. Он там никогда не жил и даже не бывал, но, несомненно, всегда незримо присутствовал. Это мы и ощутили, рассматривая фотографии потомков, играющих в кегельбан, чаевничающих на веранде, фотографирующихся с крестьянскими детьми. Из местных развлечений - небольшая запруда, экскурсия в домик, живописный розарий и липовая аллея, заросли борщевика в близлежащей деревне и - гвоздь программы! - целебный источник с собственным дежурным ("Умом Россию не понять" - к разговору о незримом Тютчеве). В местной церквушке весь пол был устлан свежескошеной травой, поскольку сегодня Троица - это приятно и впечатляет. Кстати, там же висит небольшое объявление с просьбой обращаться к местному клиру в случае чудодейственного исцеления (я не антиклирикал,но ведь умиляет же!).
Ухоженный вид усадьбы и продуманная инфраструктура (абонемент в туалет, к примеру, стоит 10 рублей, а мимо барской харчевни просто невозможно пройти ) - результат активности потомков поэта, которые ютятся в одном из домиков. В целом - довольно смазанное ощущение от всяких спекуляций.
А еще Фёдор Тютчев был вынужден подать в отставку, потому что без разрешения отправился на собственное венчание в Швейцарию.

Гагино и Яковлево, несомненно, имеют больше прав на статус заброшенности - они равновелико заброшены как от Москвы, так и от Сергиева Посада.
В Гагино сейчас восстанавливают церковь, где венчался Федор Шаляпин. Мне так и не удалось вычленить старинные фрагменты, что прискорбно и требует порицания - но, судя по фотографиям, Сейчас церковь выглядит немного новодельно, но вполне себе устойчиво - внешняя и внутренняя отделка, правда, не закончены, но уже есть колокол и нарядный купол.
Яковлево намного любопытнее - не только феноменальной концентрацией комаров, но и тем, что сейчас из себя представляют развалины прежней усадьбы. Церковь, которая расположена в непосредственной близости от бывшего странноприимного дома (если я правильно поняла), сейчас восстанавливается - по сравнению с гагинским храмом, она очень неплохо сохранилась. В советское время, говорят, там располагался небольшой молокозавод. Я не могу себе это представить. Это как если бы в Третьяковке искусствофобы, пришедшие к власти после сожжения всей интеллигенции, устроили прачечную. Или вязальню клетчатых пледов.
В давние времена в Яковлево была привлекательная богадельня, от который сейчас остались только стены с заколоченными окнами. Рядом околачивался славный пес.

Как всегда, осталось несколько вопросов.
Церковь в Яковлево была единственной бесприходной церковью в Александровском уезде. Гугл настойчиво предлагает мне поискать "беспроводную церковь", что значительно усложняет мое расследование и выявление различий между приходскими и бесприходными церквями.
По крупицам собранные обрывки говорят, что разница заключается в:
- финансировании
- регулярности богослужений
- составе клира
А в чем еще?
И почему церковь в Яковлево сохранилась лучше, чем в Гагино, хотя расстояние между ними самое большее один километр? Многое туманно.

Collapse )

Фото борщевика призвано продемонстрировать мой страх перед неукротимой природной стихией.

Деревня Быково, или правильные ударения российских топонимов

Бывает такое чувство, что в голове слово звучит с определенным - а именно неправильным - ударением. Вот и в случае с Быково мне хочется опуститься на первый слог и никуда с него не слезать, или в крайнем случае растянуто переползать на оставшиеся два. Тем временем уроженцы Жуковского делают вид, что название близлежащей деревни не имеет ничего общего с быками и произносят "БыкОво".
А я собственно об усадьбе - необычной готической церкви, похожей на волшебный замок из парижского Диснейленда, и старинной увядшей усадьбе, последней ролью которой стало имя туберкулезного санатория. По поводу реставрации сразу сделаю оговорку - в церкви что-то постепенно продвигается (этому способствует резкая нотка меркантильности - об этом отдельно), в главном доме усадьбы - нихт.
Меня поразили две вещи.
Во-первых, объявление о наборе в православную боевую дружину имени И.Ильина - в программу входят изучение навыков рукопашного боя, дискуссии о
вреде алкоголя и курения, а также изучение философии И.А. Ильина и в частности его трактата "О сопротивлении злу силою".
Во-вторых, на достаточно древний телефон была прикреплена памятка о том, что уважаемый прихожанин должен помнить о 42 копейках, уплачиваемых за минуту разговора.
Но старушки были удивительно милы и благоразумны, цветник на храмовой территории благоухал, а собственно внешний вид церкви настолько не вписывался в томящиеся вдалеке панельные многоэтажки, что мне все очень полюбилось.

Осталось, правда, несколько вопросов. Откуда берутся каменные барельефы в виде лиц и кого они изображают? И зачем главному усадебному дому такая огромная площадка (она там действительно громадная, можно скачки проводить)?

Немного фоточек на память!
Collapse )

Город Блока и блокады.

Неощутимое время пошло отсчитывать пятый час утра, а я сижу с чаем "вишневый сад" и тостиками, на которые напал персиковый желатиновый джем. Самое время рассказать о своей поездке в Питер.

Попала я туда случайно. Как показывает пример моей непутевой жизни, всё судьбоносное в моей жизни происходит случайно, ненароком, непредсказуемо, под быдланским девизом "чо за хрень".

По пути познакомилась с женщиной, которая возвращалась в СПБ из Москвы после похорон Гарика Ассы. Кто немножко знаком с историей русского андерграунда 80-х, поймет мой священный ужас/восторг! Она мне подарила "ухо желаний" и сказала, что даже у украшений есть ритм. Это не все её выдающиеся мысли, но мне это замечание очень понравилось.

Первое впечатление - Ладожский вокзал (гипер-современный!), бесконечные пересадки в метро, где еще продают жетончики по цене, уступающей московской на рубль, и солнце между Михайловской и Невским.

В Эрмитаж заглянула посмотреть свои любимые ложи Рафаэля и зал нидерландских натюрмортов (целая коллекция картин с живописной едой во всех видах), мозаики Ломоносова и Рыцарский зал. Вот такой сложный эстетический пароль.
Главное - я наконец угодила в музей Набокова! В пролете между первым и вторым этажом - окно с изумительными хрупкими цветочными витражами, которое делит бывший дом дворян-англоманов на две зоны: музыкальную школу им. Бортнянского и собственно сам музей. Набоков классный!
Потом мне захотелось свежего глотка современности, и я отправилась смотреть аналог московского "Красного Октября" - Новую Голландию. Одичалый остров с большим прудом посередине, зеленым газоном, "Museum of everything" и очень питательным вегетарианским панини в местном кафе. Когда я бываю в Питере, мне всегда кажется, что я немножко в Европе. Встретила там свою знакомую (внезапно!). Посмотрела на Неву и "Медного всадника". Так себе достопримечательность. Петр в такой позе, дескать, "спокуха, пацаны, всё будет".

Хочу посоветовать всем сходить в кондитерскую "Лакомка" на Гороховой. Там продается весовое печенье питерских фабрик - есть очень симпатичные малюсенькие язычки, кексы-рыбки с начинкой из сгущенки, печенье "Винни-Пух" и гвоздь программы...."Шакер Чурек"! Правда! Мне его посоветовал один знакомый.
Еще у меня есть любимая столовка на Итальянской, там пышечки по 12 рублей и такой кофе-некофе, который нам всем предлагали в школьных буфетах на завтрак. Кстати, это была моя первая рабочая командировка :)

Дедушка уговорил прочесть.

Есть литература, про которую думаешь: черт побери, да тут автор неплохо поработал наждачкой своего разума! Не пропустил ни одной шероховатости и зацепки. А бывает, что открываешь книгу, а вместе с ней и рынок стройматериалов, на первых рядах которого сплошная необработанная древесина. Я говорю не про качество бумаги, конечно, хотя это одно из самых уязвимых мест советских изданий.

В "Джеке Реймонде" есть одна изумительная фраза, которая не дает мне жалеть времени, потраченного на яростный антиклерикальный вопль Войнич. Выглядит она так: "а так этот человек казался каким-то одноцветным чертежом добродетели.".

Произведение в общем-то посредственное, а фраза - чистый изумруд!